КАТЕХЕЗА ПЕРВАЯ

«Призванные возвещать Царство Божие»

1. Сегодня мы начинаем новую серию катехез, посвященных Священству и священникам, которые, как известно, являются ближайшими сотрудниками епископов, участвуя в их освящении и священнической миссии. Я буду говорить об этом, строго следуя текстам Нового Завета, придерживаясь линии Второго Ватиканского Собора, что соответствует стилю этих катехез. Я приступаю к изложению этой темы с душой, полной любви к этим близким сотрудникам епископов, которые мне близки и которых я люблю во Господе, как я сказал в самом начале понтификата и, особенно, в моем первом Послании к священникам всего мира, написанном на Страстной Четверг 1979 года.

2. Следует сразу отметить, что священство, в любой своей степени, – а, следовательно, как в епископах, так и в пресвитерах, – это участие в священстве Христа, Который, согласно  Посланию к евреям, является единственным “Первосвященником” нового и вечного Завета, “раз и навсегда принесшего Себя” в бесконечную жертву, которая остается неизменной и непреходящей в центре икономии спасения (ср. Евр 7, 24-28). Нет больше необходимости в других священниках, ни возможности для них, кроме или рядом с единственным Посредником Христом (ср. Евр 9, 15; Рим 5, 15-19; 1 Тим 2, 5), местом соединения и примирения между людьми и Богом (ср. 2 Кор 5, 14-20), Словом, ставшим плотью, полным благодати (ср. Ин 1, 1-18), истинным и окончательным hieréus, Священником (ср. Евр 5, 6; 10, 21), Который на земле “уничтожил грех жертвою Своею” (Евр 9, 26), а на небе продолжает ходатайствовать за Своих верных (ср. Евр 7, 25), доколе достигнут они завоеванного и обещанного Им вечного наследия. Никто другой не является hieréus в этом смысле.

3. Участие в едином священничестве Христа, которое осуществляется во множественности степеней, было предписано Христом, Который пожелал иметь в Своей Церкви различные функции, как того требует хорошо организованное социальное тело, и для управления поставил служителей Своего священства (ср. Катехизис Католической Церкви, п. 1554). Он даровал им таинство Рукоположения, чтобы сделать их официально Священниками, которые действуют от Его имени и Его властью, принося жертву и прощая грехи. “Поэтому Христос, – отмечает Собор, – послав Апостолов, как и Сам Он был послан Отцом, через самих Апостолов сделал участниками Своего посвящения и Своей миссии их преемников, Епископов, бремя служения которых было в подчинённой степени передано Пресвитерам, чтобы они, возведённые в Пресвитерский чин, были сотрудниками Епископского чина для надлежащего исполнения апостольской миссии, вверенной Христом” (Presbyterorum ordinis, 2; ср. ККЦ 1562). Эта воля Христа явствует из Евангелия, из которого мы знаем, что  Иисус наделил Петра и Двенадцать высшей властью в Своей Церкви, но пожелал сотрудников для их миссии. Знаменательным является то, о чем нам свидетельствует евангелист Лука, то есть, что  Иисус, после того, как послал Двенадцать с миссией (ср. 9, 1-6), посылает еще большее число учеников, как бы говоря, что  Двенадцати недостаточно для дела евангелизации. “После сего избрал Господь и других семьдесят учеников, и послал их по два пред лицем Своим во всякий город и место, куда Сам хотел идти” (Лк 10, 1). Несомненно, этот шаг является всего лишь аллегорией того служения, которое Христос формально установит позже. Но в этой аллегории уже проявляется намерение божественного Учителя вовлечь значительное число работников трудиться в Своем “винограднике”.  Иисус избрал Двенадцать из большого числа учеников (ср. Лк 6, 12. 13). Этими “учениками”, согласно значению, которое это слово имеет в евангельских текстах, являются не те, кто только верует в  Иисуса, но те, кто следуют за Ним, желают принять Его наставление Учителя и посвятить себя Его делу. И  Иисус вовлекает их в Свою миссию. Согласно Луке, именно тогда  Иисус произнес эти слова: “Жатвы много, а делателей мало” (10, 2). Так он указал, что, согласно его мысли, связанной с опытом первого служения, число работников было слишком малым. И так было не только тогда, но во все времена, также и в наше время, когда эта проблема стала особенно серьезной. Мы должны решать ее, чувствуя себя побуждаемыми и одновременно утешаемыми этими словами, и – как бы сказать, – тем взглядом  Иисуса на нивы, где требуются работники для жатвы.  Иисус дал пример Своей инициативой, которую можно было бы назвать “стимулированием” призваний: кроме 12 апостолов Он послал еще 72 ученика.

4. Согласно Евангелию,  Иисус поручает 72 ученикам миссию, подобную миссии Двенадцати: эти ученики посланы возвещать пришествие Царства Божия. Они будут проповедовать во имя Христа, Его властью: “Слушающий вас Меня слушает, и отвергающийся вас Меня отвергается; а отвергающийся Меня отвергается Пославшего Меня” (Лк 10, 16). Подобно Двенадцати (ср. Mc 6, 7; Лк 9, 1), ученики получают власть изгонять злых духов, такой силы, что после первых опытов они говорят  Иисусу: “Господи! и бесы повинуются нам о имени Твоем”. Эту власть подтверждает Сам Христос: ” Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию; се, даю вам власть наступать на змей и скорпионов и на всю силу вражью…” (Лк 10, 17-19). Для них это также означает участие вместе с Двенадцатью в искупительном деле единственного Священника Нового Завета, Христа, пожелавшего поручить также и им такую же миссию и такие же полномочия, что и Двенадцати. Следовательно, институт священства не только отвечает на практические нужды епископов, которым требуются сотрудники, но проистекает из явного намерения Христа.

5. В самом деле, мы обнаруживаем, что уже в раннехристианское время пресвитеры (presbyteroi) существовали и имели обязанности в Церкви Апостолов и первых епископов, их преемников (ср. Деян 11, 30; 14, 23; 15, 2. 4. 6. 22. 23. 41; 16, 4; 20, 17; 21, 18; 1 Тим 4, 14; 5, 17. 19; Тит 1, 5; Иак 5, 14; 1 Pt 5, 1. 5; 2 Ин 1; 3 Ин 1). В этих новозаветных книгах не всегда легко отличить “пресвитеров” от “епископов”, так же, как и возлагаемые на них обязанности; но вскоре начинают выделяться, уже в Церкви Апостолов, две категории участвующих в миссии и в священстве Христа, которые затем обнаруживаются и лучше объясняются в писаниях субапостольских писателей (таких, как Послание к коринфянам св. Папы Климента,  Письма св. Игнатия Антиохийского,  Пастырь Эрмы, и т.д.), до тех пор, пока в церковном языке, распространенном в Иерусалиме, в Риме и в других общинах Востока и Запада не закрепилось именование Епископа за единым главой и пастырем общины, в то время как Пресвитером называли служителя, трудившегося под началом епископа.

6. В русле христианской традиции и в соответствии с волей Христа, засвидетельствованной в Новом Завете, Второй Ватиканский Собор говорит о пресвитерах, как о служителях, которые не обладают “высшим достоинством первосвященства” и, в исполнении своей власти, зависят от Епископов, но с другой стороны они соединены с ними “в священнической чести” (Lumen gentium, 28; ср. CCC 1564). Эта связь коренится в таинстве Рукоположения: “Должность Пресвитеров, тесно связанная с чином епископским, причаствует власти, которою Сам Христос воздвигает и освящает Своё Тело и управляет им” (Presbyterorum ordinis, 2; ср. CCC 1563). Пресвитеры также несут в себе “образ Христа, высшего и вечного Священника” (Lumen gentium, 28). Следовательно, они участвуют в пастырской власти Христа: именно это является особой чертой их служения, основанной на полученном ими таинстве Рукоположения. Как читаем в Декрете Presbyterorum ordinis, “священство Пресвитеров, предполагающее таинства христианского посвящения, сообщается, однако, через особое таинство, благодаря которому Пресвитеры через помазание Святым Духом запечатлеваются особой печатью и настолько уподобляются Христу-Священнику, что могут действовать от лица Христа, Главы Церкви. ” (Presbyterorum ordinis, 2; ср. CCC 1563). Эта печать, налагаемая через помазание Святым Духом, в тех, кто принимает его, является знаком: особого, более глубокого посвящения, по сравнению с Крещением и Миропомазанием; более глубокого уподобления Христу-Священнику, Который делает их Своими активными служителями в богослужении и в освящении братьев; служебной власти, которую осуществляют от имени Христа, Главы и Пастыря Церкви (ср. CCC 1581-1584).

7. Эта печать является также знаком и движителем в душе пресвитера особых благодатей для осуществления служения, связанных с освящающей благодатью, которую влечет за собой Рукоположение как таинство, как в момент его получения, так и на протяжении всего осуществления и развития служения. То есть, она охватывает и вовлекает пресвитера в икономию освящения, которую подразумевает само это служение, как в пользу тех, кто его осуществляет, так и тех, кто использует его в различных Таинствах и в других видах деятельности, осуществляемых их пастырями. Вся Церковь получает плоды освящения,  добываемыми из служения пресвитеров-пастырей, как диоцезных, так и тех, кто, в каком бы то ни было звании и форме, получив священное Рукоположение, осуществляют свою деятельность в общении с диоцезными епископами и с Преемником Петра.

8. Глубокая онтология посвящения во Священники и динамизм освящения, который она подразумевает в служении, разумеется, исключают всякое мирское толкование священнического служения, как если бы пресвитер был просто посвящен в установление справедливости или в распространение любви в мире. Пресвитер онтологически является участником священства Христа, он действительно посвящен, он “священный человек”, приставленный, как Христос, к культу, который восходит к Отцу, и к евангелизаторской миссии, с помощью которой он распространяет и уделяет священное – истину, благодать Божью – братьям. Именно в этом состоит истинная идентичность священника, в этом заключается главное требование к священническому служению в сегодняшнем мире.

© Copyright 1993 – Libreria Editrice Vaticana

Перевод: Католическая информационная служба Agnuz (София Халходжаева)